Мета-анализ исследований трудоголизма показал: он устойчиво связан с выгоранием, рабочим стрессом, конфликтом работы и жизни, снижением физического и ментального здоровья и удовлетворённости жизнью [2] [2]. Исследователи описывают его не как усердие, а как зависимость от работы — со всеми признаками зависимости: невозможностью остановиться и расплатой за это. Отдельно об этом — «Трудолюбие или зависимость: честный чек».
Самая говорящая деталь: сильнейшая личностная связь трудоголизма — перфекционизм [2]. И это неожиданно много объясняет в соседних проблемах. «Никто не сделает так, как я» — классическая формула недоверия к делегированию — при ближайшем рассмотрении оказывается формулой перфекционизма: невыносимо не то, что коллега сделает плохо, а то, что он сделает иначе и на 85%. По данным опросов, лишь около трети руководителей чувствуют себя уверенно, делегируя задачи, — притом что большинство считает делегирование критичным [5].
Тот же корень — у «работы над собой», съевшей остаток жизни. Если вечер после работы занят курсами, спортом «на результат» и продуктивным чтением, психика не отличает это от работы: нагрузка продолжается, отстранённость не наступает, восстановление не происходит [1]. Саморазвитие — достойное дело ровно до момента, когда оно становится второй сменой.
И одна оговорка про границы: идея «жёстко разделяй работу и дом» — не универсальный закон. Данные о предпочтениях сегментации смешанные: одним помогает жёсткая стена, другим — гибкое чередование; яснее всего эффект у ограничения рабочих сообщений в личное время [4]. Границы подбирают под себя, а не копируют.
